На главную
Главная \ Пресс-cлужба \ Публикации \ Александр Богачев: Прошла ли отрасль острую фазу кризиса, покажет I полугодие 2010 года
Главная Карта сайта Обратная связь

ENG
О Компании Наша деятельность Инвесторам Пресс-cлужба Карьера Контакты
Пресс-cлужба

Александр Богачев: Прошла ли отрасль острую фазу кризиса, покажет I полугодие 2010 года

Александр Богачев: «Прошла ли отрасль острую фазу кризиса, покажет I полугодие 2010 года»

Интервью президента ООО «Буровая компания «Евразия»

 

«НС»: Александр Николаевич, когда мы встречались в сентябре 2008 года, кризис в России себя еще не проявил, отрасль была на подъеме. Сегодня можно сказать, что острая фаза кризиса прошла? Как Вы оцениваете глубину кризисных явлений в нефтесервисной отрасли?

- Чуть больше года назад в интервью вашему журналу я отмечал, что начинается кризис, который серьезно затронет нашу отрасль (см. «Нефтесервис» №3, 2008 г.). Мне тогда говорили - какой кризис, о чем ты говоришь? А буквально через две недели все это почувствовали. Тогда я говорил, что рынок просядет до 20%. Так в целом и получается. Судя по отчетам за 6 и 9 месяцев, в целом по рынку нефтесервиса (с учетом геофизики) денежный поток сократился до 20%. Где-то он просел больше, где-то меньше. Помимо того, что уменьшились физические объемы работ, на снижение выручки повлияла ценовая политика.

Но сказать, что отрасль уже прошла острую фазу этого кризиса, конечно, сложно. Все будет зависеть о того, как поведет себя I квартал 2010 года – он покажет, как в дальнейшем будет развиваться кризис.

 

«НС»: Но если в конце 2008 года почти все ВИНК объявили о сокращении инвестиций, программ работ, закупки оборудования, то весной, с ростом цен, многие пересмотрели эти планы.

- Ситуация по компаниям разная. Если посмотрите на статистику за 9 месяцев, то сократили физические объемы эксплуатационного бурения такие компании, как «ЛУКОЙЛ»,  «Татнефть». А «Роснефть» нарастила объемы; и «Газпром нефть» тоже. Даже ТНК-ВР показала небольшой рост. Серьезно вырос  «Сургутнефтегаз».

 

«НС»: Говорит ли рост бурения о начале выхода из кризиса?

- Давайте, посмотрим. Прошлой осенью нефтяные компании верстали свои бизнес-планы из расчета цены нефти -45 за баррель. Но останавливать бурение для большинства из них было экономически нецелесообразно даже при этих ценах. Ведь в основном все крупные игроки бурят кустовым методом - в Западной Сибири, частично в Восточной. Там уже вложены крупные инвестиции, и надо было закончить начатые работы. Поэтому, если вы посмотрите по I кварталу, падения в проходке в эксплуатационном бурении в целом по России не было, за исключением мелких нефтяных компаний, которые остановили работы еще в IV квартале 2008 года.

Когда I квартал закончился, аналитики уже предупреждали, что нефть по итогам полугодия должна подняться до -60 за баррель. Поэтому инвестиции ВИНК были пересмотрены, где-то чуть-чуть увеличены, где-то стабилизированы. В этой ситуации бизнес-план был утвержден БКЕ, с примечанием, что по итогам пяти месяцев надо провести Совет директоров и пересмотреть его условия с учетом ситуации.

Это было грамотное решение. В июне мы представили новые расчеты. Показали Совету директоров, какие работы выполнены (в физическом и денежном выражении), какие новые тендеры мы выиграли, какие объемы подтвердили нам заказчики. Прикинули, как планируем закрыть год, и что нужно вложить в компанию, чтобы получить достойные объемы в 2010 году. Инвестиции были подтверждены, и мы продолжили выполнение расширенной инвестпрограммы, предполагающей приобретение нового оборудования и поддержание работоспособности старого. Такой подход позволил выполнить все производственные задачи, поставленные заказчиками.

При этом надо понимать, что сегодня, когда мы говорим об инвестициях в бурение, в новое оборудование, то в основном все, что закупается, имеет длительный срок изготовления - более 6–8 месяцев. И, обсуждая сегодня инвестпрограмму на 2010 год, мы понимаем, что 40% вложений идут уже под 2011 год. И если речь идет о закупке буровых станков, то, очевидно, на площадках они появятся только к IV кварталу следующего года, и основная нагрузка ляжет на 2011 год.

 

«НС»: Как Вы оцениваете настроение заказчиков? Намерены ли они увеличивать объемы бурения? Или речь идет только об уже запущенных крупных проектах, таких как Южное Хыльчую, Ванкор, Талакан, Верхнечонское, Уват?

- Настроение однозначно позитивное. Мы ведь в основном бурим скважины на нефть, а сбыт по нефти сегодня есть. И мы понимаем, что он будет. Да еще и с дефицитом, после того как запустят ВСТО. Новую трубу надо чем-то заполнять. Разорвать долгосрочные контракты по поставкам на Запад – невозможно. Потребление в России не будет падать на 30 млн. твг. Поэтому, чтобы обеспечить на перспективу поток нефти для восточной трубы, будет недостаточно введенных крупных месторождений. Тем более, если, по прогнозам, будет снижаться добыча в Западной Сибири.

 

«НС»: Но ведь в Югре еще есть потенциал роста добычи. Вот в ноябре-декабре Роснедра выставили здесь на аукционы участки с извлекаемыми запасами около 170 млн тонн.

- Чтобы запустить эти месторождения, нужно несколько лет. А бурить можно и нужно уже сегодня на разрабатываемых месторождениях. Сейчас много разговоров о предоставлении налоговых льгот для добычи нефти в Восточной Сибири. Но ведь в Западной Сибири на существующей инфраструктуре нефтяные компании могут сегодня добывать больше новой нефти. И нефтяным компаниям не надо для этого вкладывать большие деньги в создание инфраструктуры. Для этого необходимо вернуться к проектам разработки, созданным еще в советские времена – проектной сетке разбуривания скважин и применить налоговые льготы для малодебетных скважин, чтобы добыча с этих скважин для нефтяных компаний была рентабельна.

 

 

«НС»: Почему власти не могут снизить для таких скважин ставку НДПИ?

- Это вопрос не ко мне. При этом, еще раз подчеркну, государству не надо будет вкладывать ни копейки для добычи этой нефти. А получит оно налоги. Пусть меньше, но получит. А сегодня не получает ничего. При этом новые скважины - это не только налоги, это дополнительные рабочие места, в т.ч. у сервисных компаний, дополнительные заказы оборудования для бурения и добычи у машиностроителей (ДНС, трубы, буровые станки, качалки, штанги), которое в основном выпускается в России.

 

«НС»: О каких объемах работ идет речь?

- Прогнозировать, какой нужен объем бурения, сколько будет скважин - не этично с моей стороны. Но могу сказать, что естественное снижение добычи нефти по Западной Сибири ежегодно составляет 3-5%, так что для компенсации этого падения бурение необходимо увеличить на 8-10%.

Количество новых скважин

 

«НС»: Возможно, дело в политике - нужно осваивать Восточную Сибирь, чтобы крепче привязать ее к России. И ради этого государство готово отказаться от налогов и экспортных пошлин. А в Западной Сибири и Поволжье и так добыча идет.

- Решение по льготному налогообложению восточносибирской нефти - совершенно правильное. Я же говорю - если нужно увеличить объем добычи нефти в России, это можно сделать. Предусмотрев льготный налоговый режим для нефти, добытой из малорентабельных, низкодебитных скважин, и увеличение добычи произойдет.

 

«НС»: Давайте вернемся к сервисному рынку. Как отразился кризис на динамике объемов бурения БКЕ в этом году?

- За 9 месяцев у нас получается снижение по эксплуатационному бурению менее 6% к прошлогодним показателям. В основном это связано с тем, что «ЛУКОЙЛ» пробурит в этом году примерно на 20% меньше, чем в 2008 году. Но мы приросли на других заказчиках.

Снижение у «ЛУКОЙЛа» в основном произошло в Западной Сибири. Там пересматриваются техсхемы разработки. Сейчас процесс пересмотра завершается, и если судить по статистике, то для «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь» мы превышаем плановые показатели по бурению на 123 тыс. м. А в следующем году планируется выйти почти на уровень 2008 года.

 

 «НС»: Если я правильно понимаю, заказчик теперь чаще предпочитает строить сложные скважины, которые могут обеспечить ему более высокие дебиты. Как меняется доля горизонтального бурения в портфеле БКЕ?

- Падение у нас произошло в целом по эксплуатационному бурению, при этом объемы горизонтального бурения выросли на 8%: если за 9 месяцев прошлого года было пробурено 234 тыс. м, то в этом году за аналогичный период - 253 тыс. м.

 

«НС»: А какова ситуация с зарезкой боковых стволов? Спрос на эту операцию растет.

- Здесь мы немного упустили, произошло сокращение. Если в 2008 году работало 12 буровых бригад по зарезке боковых стволов, то в этом году только 7 бригад. Хотя интерес есть, и мы закупили в конце прошлого года 2 буровых станка: грузоподъемностью 125 тонн и 160 тонн. Будем продолжать наращивать объемы зарезки, это для нас – один из основных видов деятельности.

 

«НС»: Когда в конце 2008 года цена нефти достигла дна, ВИНК объявили о сокращении инвестиций и нажали на подрядчиков, чтобы те снизили свои расценки. За счет чего Вам удалось сохранять рентабельность?

- Произошла цепная реакция. Цена нефти в 0 за баррель необъективна, и на нее особо никто и не ориентировался. Но когда цена упала до за баррель, заказчики предложили снизить расценки. И мы тоже предложили своим подрядчикам – транспортным, проектным, геофизическим предприятиям. Все упало в цене: топливо, трубы, цемент. После этого мы были готовы к снижению цены на собственные услуги. Уменьшились закупки, и сокращение численности прошло по всем предприятиям России, которые работали на ТЭК.

 

«НС»: Зарплата работников тоже сократилась?

- Здесь я с вами не соглашусь. У нас существует законодательство, которое нельзя нарушить. Чтобы повысить заработную плату (а мы ее повышали с 2005 года регулярно), нужна только моя роспись. А чтобы снизить, нужно согласование от 14 тысяч человек. И получается, что единственный механизм регулирования, которым мы располагаем – это  индексирование.

 

«НС»: А сокращения персонала Вам пришлось проводить?

- Да, мы проводили сокращения. Но массового, глобального сокращения в целом по компании у нас не было. В основном оно было связано с реструктуризацией бизнеса. Под сокращение попало только 0,02% от численности на 01.10.2008г. по отношению к 01.10. 2009г. Так, например, в Нарьян-Маре после снижения объемов бурения в данном регионе мы ликвидировали филиал, оставили экспедицию. Потому что знаем, что район перспективный. Мы не продали и не вывезли оттуда ни одну буровую установку, только законсервировали. И не уволили ни одного вышкомонтажника, ни одного буровика, «освоенца» или КРСника, т.е. производственные профессии. Это наш основной бизнес, который мы будем развивать и поддерживать.

При этом приняли решение, что транспорт - часть техники общего назначения (сюда не относится техника, которая задействована при монтаже буровых установок и при цементировании обсадных колонн) - мы выводим в самостоятельное транспортное предприятие.

Такая политика не только в Тимано-Печоре. В Перми мы тоже вывели транспорт - более тысячи единиц техники. Отработали с предприятием уже больше двух лет, у него уже есть своя история, видна перспектива. И, я думаю, в этом году данную транспортную компанию мы продадим.

 

«НС»: То есть сокращения касаются непрофильных подразделений?

- В Нарьян-Маре существенно сократились объемы работ. Буровиков мы не трогали. Но, как я сказал, вывели из состава непрофили, такие как транспорт общего назначения, цех общественного питания, пункт по стирке белья. Естественно, когда люди выпадают, мы с ними прощаемся согласно законодательству, выплачиваем все положенные компенсации.

В Западной Сибири сокращения вообще минимальные. Там мы тоже расстаемся с непрофильными активами. Ни одного буровика не уволили. Мы содержим даже те буровые бригады, которые сегодня не работают. Стараемся распределить нагрузку - даем пяти бригадам объем четырех. Мы спасли эти бригады, которые в следующем году нам уже будут необходимы. Также приняли в этом году молодых специалистов, хотя многие сервисные компании не принимали.

 

«НС»: Кризис неравномерно ударил по нефтесервисной отрасли. По Вашим наблюдениям, какие компании пострадали больше, какие меньше? От чего это зависит?

- Пострадали абсолютно все сервисные компании. Нет такой компании, которая бы не почувствовала кризис. Кто-то очень сильно, кто-то не так сильно, например, сервисные подразделения ВИНК. Менее других пострадали компании, которые имели долгосрочные договоры с заказчиками, в первую очередь, с крупными игроками – ВИНКами, которые имели финансирование и все остальное.

В целом больше пострадали мелкие компании, у которых не было постоянных заказчиков, собственного оборудования. От них отказались в первую очередь. Они остановились, у них разошлись люди, они ждут объемы. Но они все равно восстановятся в 2010 или в 2011 году. Есть, конечно, компании, которые финансово сильно пострадали. При этом я не слышал, чтобы кого-то лишили лицензии или признали банкротом.

 

«НС»: Насколько успех в период кризиса зависит от качества используемого оборудования? - Не каждый заказчик сегодня готов платить за услуги, предоставляемые на новом оборудовании. Но если сравнить новый буровой станок Бентек и наш старый ЭУК Уралмаш, скажем, по скорости проходки скважин, различие небольшое. И если ЭУК модернизированный работает, ничего не ломается, все равно меньше потратишь, чем, купив новый станок. А компания, работающая на новом оборудовании, не может бурить по цене ниже себестоимости. Ей же нужно оплачивать лизинг установки, амортизацию и так далее. Сегодня у нас по законодательству амортизация станка составляет 3 года. Вроде бы это хорошо, оборот быстрее. Но сегодня, в условиях дефицита денежных средств, это слишком хлопотно. И ты не найдешь заказчика, если в расценки заложишь амортизацию нового оборудования в течение  3х лет.

 

«НС»: С другой стороны, если он с новым оборудованием ничего не будет бурить, так он вообще не расплатится. А снижая расценки, они обостряют конкуренцию?

- Сегодня конкуренция на рынке сервисных услуг большая. Объемы снизились. А на пике объемов в 2008 году многие компании заключили договоры по поставке новых буровых установок. Их нужно выкупать и задействовать. И приходится работать на новых станках с минимальной рентабельностью.

 

«НС»: Вы свою программу модернизации не пересматривали?

  Мы выдержали программу модернизации по этому году. Сегодня на 26 установках в течение 4 лет уже поменяли вышки, основания, дооснастили системами очистки бурового раствора импортного производства, верхними силовыми приводами. И фактически получили новые станки. Хоть на них стоит год выпуска где-то 1980, это практически новое оборудование, соответствующее требованиям Гостехнадзора. Так мы продлеваем срок службы станка еще на период до15 лет.

 

«НС»: А по цене насколько это сравнимо с покупкой новой установки?

- Существенно дешевле. Особенно заметна разница, учитывая, что цены на отечественное буровое оборудование, на наш взгляд, необоснованно высокие. ВЗБТ, например, своими ценами буквально выгоняет нас за рубеж для приобретения буровых установок. Причем сначала они выиграли наш тендер, а затем начали менять условия.

В предлагаемых ценах, видимо, заложены долговые обязательства, поэтому они неконкурентоспособны по сравнению с импортом. Между тем, в Китае сейчас оборудование стало существенно лучше по соотношению цены и качества. При этом, замечу, мы не отказываемся от отечественной продукции. Если покупаем китайские насосы, то ставим задачу перед машиностроителями - заказываем у них втулки, поршни и быстроизнашивающиеся части.

 

«НС»: Насколько покупка ремонтного блока у Шлюмберже оправдала себя в кризис?

- Для нас ремонт такой же основной бизнес, как и бурение или реконструкция скважин методом бурения боковых стволов. Ремонт скважины можно сравнить с больницей. Все равно нужно ходить в больницу и поддерживать свой организм. Так же и со скважиной. Сегодня ведется планомерная работа по замене внутрискважинного оборудования, применяются новые технологии по обработке продуктивной части пласта. Они реанимируют скважины и дают им возможность дольше работать в межремонтный период. Для заказчика это хорошо, а значит хорошо и для нас.

Здесь, кстати, опять встает вопрос налогообложения. Скважина, например, дает 2-3 тонны. При нынешнем налогообложении эксплуатация ее для зазачика не эффективна. Ее не ремонтируют, оставляют, консервируют. И государство ничего с нее не получает. Поменяй налогообложение. И скважина начнет давать нефть, люди получат работу, государство - налоги.

 

«НС»: Реструктуризация бизнеса ограничивается в БКЕ выводом непрофильных подразделений? Чем будет заниматься компания «Новые технологические сервисы», о создании которой недавно объявила материнская компания БКЕ?

- Мы продолжаем развиваться. Расширяем географию. Смотрим на возможность новых приобретений. Рассматриваем предложения банков по активам, которые к ним отошли из-за кризиса. А создание в рамках холдинга Eurasia Drilling Company новой структурной единицы связано с выводом отдельных наших сервисов. Этой компании БКЕ продаст растворный бизнес, который мы уже выделили в отдельную структуру. Там будут собраны инженерно-технические работники, которые сосредоточатся на решении задач сопровождения буровых работ. Туда же БКЕ продаст тампонажную технику.

Кроме того, «Новые технологические сервисы» рассматривают приобретение российской компании, специализирующейся на телеметрическом сопровождении бурения. При этом новая компания холдинга сможет оказывать услуги не только БКЕ, но и другим компаниям на рынке.

 

«НС»: А что остается собственно в БКЕ?

- Структура БКЕ станет проще, легче будет оценивать эффективность каждого вида работ. Буровая установка - буровая бригада, станок по ремонту скважин - бригада КРС, станок по зарезке боковых стволов - бригада ЗБС.

Кстати, есть мысль выделить в отдельную структурную единицу вышкомонтажников. Они сейчас выделены в Западной Сибири. А в Перми они еще существуют в пределах филиала. Но мы их тоже хотим выделить, чтобы работали не только на нас, но и на других заказчиков.

 

«НС»: Похожий процесс шел при выделении сервисных служб из нефтяных компаний.

- Да, идет оптимизация структуры и численности.

 

«НС»: Какие результатами компания отметит свой пятилетний юбилей? Наверняка уже есть предварительные показатели.

- Тот первоначальный бизнес-план на 2009 год, который был утвержден в компании, к середине ноября по объемам бурения уже был перевыполнен на 403 тыс. м. Но и скорректированный в июне годовой план уже был выполнен к 18 ноября.

В принципе по бурению мы планируем завершить год снижением объемов в пределах 6% к уровню 2008 года. Не более. Это примерно на том же уровне, как сократился рынок сервисных услуг в целом по России.

 

«НС»: Падать неприятно, но цифры не критичные. Особенно, учитывая, какими темпами БКЕ росла последние годы.

- У нас в год рост в среднем превышал 20%. Раз уж Вы сказали о юбилее, хочу привести интересные цифры. «ЛУКОЙЛ-Бурение» за 9 лет работы пробурил 11 млн м, в среднем где-то 3,5 тыс. скважин. Мы за 5 лет пробурили более 15 млн м - это более 5 тыс. скважин.

 

«НС»: Но БКЕ теперь ведь работает не только на «ЛУКОЙЛ»?

- За 9 месяцев текущего года доля «ЛУКОЙЛа» в наших объемах составила 62%. Остальное – для сторонних организаций, примерно 1,2 млн м. Самый крупный из сторонних заказчиков – «Газпром нефть» (800 тыс. м), далее следует «Роснефть» (370 тыс. м) и  другие компании.

 

«НС»: Спасибо за интересную беседу. Разрешите поздравить Вас с первым юбилеем БКЕ и пожелать успехов во всех начинаниях.

23 декабря 2009

ООО «Буровая компания «Евразия»
Россия, 123298, Москва
ул. Народного Ополчения д. 40, корп. 2

Тел. +7 (495) 961 0252, Факс: +7 (495) 961 0255

Электронная почта: bke@bke.ru

Официальные уведомления